Содержание

В.Е.Меницкий. «Моя небесная жизнь»

Часть III

ЗЕМЛЯ И НЕБО

ШЕНГЕЛАЯ

    Руководителем всей группы, как я уже сказал, был замминистра Авиапрома А.В. Минаев, а поскольку Алексей Васильевич то прилетал, то улетал, группу во время его отсутствия возглавлял заместитель главного конструктора Лев Георгиевич Шенгелая. Он был человеком знающим, импульсивным, энергичным, умеющим четко поставить задачу перед коллективом и добиться ее выполнения. Лев Георгиевич любил конкретное живое дело. Мы хорошо друг друга знали, и когда его назначили, я был очень за него рад.
    Кстати, его заместителем был Олег Тихонович Рязанов, импозантный мужчина и большой жизнелюб, впоследствии начальник отдела летных испытаний. Он был прекрасным организатором программ летных испытаний, меня с ним связывали теплые отношения. Думаю, если бы не ряд субъективных факторов, Олег мог бы пойти довольно высоко. К сожалению, этого не произошло, в большей степени из-за издержек того процесса, о котором я уже говорил раньше.
    Тогда в среднем звене руководства авиационной промышленностью было много ярких личностей. Лев Георгиевич отличался от многих тем, что всегда очень энергично добивался поставленной задачи. К сожалению, его организаторский талант не был оценен должным образом. Думаю, если бы у него была возможность расти по административной линии, он бы стал очень серьезным руководителем нашей промышленности. Может быть, ему недоставало глубоких технических знаний широкого профиля, но этот недостаток в полной мере компенсировался его организаторскими способностями. Но в силу некоторых обстоятельств рост его карьеры задержался. Возможно, это было связано с безвременной кончиной Минаева, а возможно - с политикой Белякова, который, видя рост Шенгелая, сознательно его придерживал. Но в этом он был не прав. Конечно, технические специалисты - хорошие, знающие, думающие - были на вес золота, но людей, которые могут организовать работу, зная и понимая технику, а также учитывая способности каждого человека, еще меньше. Полагаю, это была одна из ошибок Белякова в кадровой политике.
    Группа летчиков и техников по возвращении с Ближнего Востока действительно была отмечена высокими правительственными наградами, но звание Героя никому не присвоили - по иронии судьбы, как говорил Алексей Васильевич, никто не погиб. Наверное, и в самом деле была такая разнарядка: звание Героя - только посмертно. Справедливости ради скажу, что фирма приложила много усилий к тому, чтобы этих летчиков впоследствии все же отметили высокими наградами. Звание Героя присвоили Бежевцу и Стогову, а впоследствии и Грузевичу, который тоже много сделал для этой темы. Правда, эти награды они получили спустя года два. Конечно, как говорится, "дорого яичко к Христову дню", но есть и другая поговорка - лучше поздно, чем никогда.
    К сожалению, Коля Стогов, которого я очень хорошо знал, погиб. Один из полетов на МиГ-27 оказался для Коли роковым, хотя был не самым сложным. Мы долго изучали самописцы, но так и не поняли, что там произошло. Для воспроизведения полной картины материалов оказалось недостаточно. Никаких конкретных причин, приведших к такому трагическому исходу, мы так и не нашли. Это была очень тяжелая потеря - и для меня, и для Алика Фастовца, и особенно для Бори Орлова, который очень дружил с Николаем и его семьей. Так мы до сих пор и не знаем, из-за чего потеряли Колю. Недолго он проходил в звании Героя...

<< Экзамен на Ближнем Востоке «Строгий» самолет >>